Previous Entry Share Next Entry
Солженицын (2)
kolesov70

                                                 Солженицын: за и против (продолжение)

      Краткое содержание очерка, полный текст с приложением и перечнем источников дан в http://lit.lib.ru/k/kolesow_w_i/

Михаил Жаров, артист: «Этому сукину сыну не место среди нас».

Леонид Леонов: «Не настала ли пора порассказать нашим людям всё честно и прямо — чтó это за писатель и чтó это за человек?»

Д.Кабалевский: «Мы говорим и говорим, а он всё больше и больше разгуливается».

Солженицын продолжает бурную деятельность, выходят в самиздате и подхватываются западным радио его речи, интервью, открытые письма.

14 апреля 1972 года - заседание политбюро.

Брежнев о Солженицыне: «Всё более нагло ведет себя, пишет всюду клеветнические письма, выступает на пресс-конференциях».

Косыгин: «Его поступки остаются безнаказанными, поэтому он и ведет так себя. Его, по-моему, надо выселять».

                                                              

В 1973 году оформлен развод с Решетовской и зарегистрирован брак Солженицына со Светловой.

Написано «Письмо вождям Советского Союза»:

«Только мирная эволюция режима, освобождение от мертвой идеологии марксизма-ленинизма и от мифологии «бесконечного прогресса», перенесение центра внимания с внешних пространств и внешних задач на внутренние, предоставление народу права свободно дышать, думать и развиваться помогут солидарными усилиями всего общества избежать национальной катастрофы».

В письме также предлагается, чтобы население Советского Союза покинуло европейскую часть и переселилось на Дальний Восток и в Сибирь.

Родился еще один сын Солженицыных. Утром Солженицын молился в церкви на коленях о разрешении в родах.

Андропов информировал политбюро: «Поручить Министерству иностранных дел СССР через своих послов в Париже, Риме, Лондоне, Стокгольме обратиться к правительствам указанных стран с предложением предоставить Солженицыну право убежища, поскольку в ином случае по советским законам он должен предстать перед судом».

В январе 1974 года Андропов настаивал на принудительной административной высылке.

Громыко, Шелепин и Косыгин склонялись к «внутреннему варианту».

Косыгин: «Отправить в Верхоянск: в такой холод никто из зарубежных корреспондентов не сунется».

В газете «Правда» статья «Путь предательства»: «Автор «Архипелага»: литературный власовец».

В Вашингтоне прошла демонстрация американских интеллектуалов: «Руки прочь от Солженицына!»

Канцлер ФРГ Вилли Брандт заявляет о готовности дать Солженицыну политическое убежище.

Андропов: «Заявление Брандта дает все основания для выдворения Солженицына».

Солженицыну вручена повестка - явиться в Прокуратуру СССР. Прокуратура возбуждает уголовное дело.

Принимается указ о депортации.

12 февраля Солженицын арестован и доставлен в тюрьму Лефортово. 13 февраля его из Лефортово в Шереметьево и самолетом Москва—Франкфурт депортируют в ФРГ.

29 марта семья Солженицына приехала в Цюрих.

Якоб Г. Бэхтольд, швейцарский коммерсант, после приезда Солженицына: «Ах, эти проклятые русские - хитрые бестии! Так элегантно покончили с Солженицыным! Теперь он для нас не имеет никакого смысла… Запад приобрел дефектный товар, который не найдет сбыта… Для антисоветизма и антикоммунизма Солженицын имел значение, пока он выступал с заявлениями в Советском Союзе; на Западе его слова быстро утратят свой вес и свою привлекательность».

Солженицын: «Поеду в США, буду говорить в сенате, буду беседовать с Президентом, хочу уничтожить Фулбрайта и всех сенаторов, которые намереваются идти на соглашения с коммунистами. Я должен добиться, чтобы американцы усилили давление во Вьетнаме».

Поехал в Канаду — с намерением поселиться в этой стране. Канадцы разрешили ему пребывание на шесть месяцев, но затем заявили о нежелательности его дальнейшего нахождения в стране.

Едет в Соединенные Штаты Америки, указывает на «слабость Запада» и призывает к войне против Советского Союза.

Выступил на съезде профсоюзов и в Конгрессе США с критикой коммунистического режима и идеологии, призвал США отказаться от сотрудничества с СССР и политики разрядки.

Солженицын выступает перед американцами: «Я сегодня, может быть, вмешался в ваши внутренние дела или как-то коснулся их, простите… Я говорю вам: пожалуйста, побольше вмешивайтесь в наши (т.е. в советские) внутренние дела… Мы просим вас — вмешивайтесь!..»

В выступлении по испанскому телевидению он одобрительно высказался о недавнем режиме Франко.

Некоторые ведущие западные политики заявляли о несогласии с его взглядами.

В 1976 году поселился в штате Вермонт (США).

В 1983 году ему выдали Темплтоновскую премию «За вклад в развитие религиозного сознания» (Англия), в два раза превышающую Нобелевскую, за заслуги на религиозном поприще.

В 1988 году Рейган прибыл с визитом в Москву, на встрече с писателями: «В Советском Союзе до сих пор не опубликованы основные произведения Солженицына».

Залыгин, главный редактор «Нового мира»: «Мы скоро напечатаем».

Горбачев с трибуны Всесоюзного съезда народных депутатов объявил Солженицына великим писателем.

                                                         

В 1990 году Солженицын был восстановлен в советском гражданстве, присуждена государственная премия за «Архипелаг ГУЛАГ».

Солженицын оправдал как неизбежное ельцинский переворот 1993 года - расстрел парламента, убийство сотен человек и дал этому событию имя — Преображенская революция.

В 1994 году вернулся в Россию, проехал на поезде через всю страну. По дороге встречали с восторгом.

Мэр Лужков предоставил пятикомнатную квартиру с двумя ваннами и двумя сортирами.

Ельцин подарил ему госдачу. Солженицыны построили там двухэтажный дом.

Выступил в Госдуме. На этом настояла фракция КПРФ. В ее газете «Правда» приветствие: «Скажите в Думе свое слово, Александр Исаевич!». Далее говорится, что компартия осудила преступления Сталина и превозносит мужество и «истинную русскость» титана.

В 2007 году президент Путин посетил Солженицына и поздравил его с присуждением государственной премии.

3 августа 2008 года на 90-м году жизни скончался, от острой сердечной недостаточности.

                                                    Произведения

«Архипелаг ГУЛАГ»

Решетовская: «Материал для «Архипелага» во многом дали Александру Исаевичу те разговоры, которые он вел в «шарашке», в пересыльных тюрьмах и лагерях. Эта информация, которую он получал, носила фольклорный, а подчас и мифический характер… Цель «Архипелага», как я представляла ее в процессе создания,- это, по существу, не показ жизни страны и даже не показ быта лагерей, а сбор лагерного фольклора.

В «Архипелаге» снова сказалась одна, я бы сказала, доминирующая черта в характере Александра Исаевича - его способность верить в то, во что ему хочется верить, что вписывается в его концепции. Александр верил безоговорочно в любой рассказ, им не противоречащий… Как только он находит идею, его интересует только то, что свидетельствует в ее пользу. Остальное он просто отметает».

Виткевич: «Все, что рассказывает Солженицын,  это лагерный фольклор, в лагерях он всегда общался только с теми, кто жаловался и был способен преувеличивать. Большинство заключенных имеет склонность преувеличивать свои страдания или тяжелую судьбу, рассказывать всякие небылицы, чтобы выглядеть привлекательнее, — таких-то типов он и выискивал».

Историки (Кожинов, Земсков и другие) указывали на завышение Солженицыным количества жертв репрессий в семь-девять раз. Они использовали архивные материалы, достоверность которых подтверждалась очень просто: организаторы репрессий сами постоянно подвергались репрессиям, поэтому все свои действия они тщательно документировали.

С.Кара-Мурза, политолог: ««Архипелаг Гулаг» - это шедевр фальсификации, созданный буквально в лаборатории. Миллионы расстрелянных – это ложь. По документам, признанных нашим правительством и авторитетными историками США, в 1937 г. к расстрелу приговорены 353 074, а в 1938 г. – 328 618 человек. Для части приговоренных расстрел был заменен заключением в лагерь».

«Красное колесо». Михаил Петрович Якубович, бывший член ЦК партии меньшевиков, по просьбе Солженицына рассказывал о революции: «Солженицын рассказал мне, что намерен писать роман о событиях 1917 года. Я начал рассказывать о большевиках. Но Солженицын резко прервал меня словами: «Это меня не интересует! Это мне не нужно! » Как можно написать роман о памятном 1917‑м, если не знать о тех, кто делал революцию? Этого я не смог понять».

                                                Люди о Солженицыне

\Юрий Бондарев: «Не могу пройти мимо некоторых обобщений, что делает Солженицын в „Архипелаге“ по поводу русского народа. Откуда этот антиславянизм? Право, ответ наводит на очень мрачные воспоминания, и в памяти встают зловещие параграфы плана „Ost“… Чувство злой неприязни, как будто он сводит счеты с целой нацией, обидевшей его, клокочет в Солженицыне, словно в вулкане. Он подозревает каждого русского в косности, беспринципности, в стремлении к легкой жизни, к власти…»

О. Гончар: „Обелять власовцев, возводить поклеп на революцию, на героев Отечественной войны, оскорбляя память павших, — это ли не верх кощунства и цинизма!“

Зюганов: «Солженицын никакой не антисоветчик и не коммунофоб, это, грешок молодости, а теперь он великий патриот, и ничего больше».

В.Кожинов: «Солженицын представляет собой очень крупную личность XX века, в нашей стране — одну из самых крупных… Речь идет о личности, воплощающей в себе очень большое содержание… Это очень крупное явление. Трудно назвать другого человека… Каждый сдвиг, который с ним происходит, настолько мощный, в том числе эмоционально, что что-то из прежнего уже не помнит. Повороты у него настолько страстные, что он как бы не помнит уже о прошлом».

Академик Колмогоров: «Солженицын чернит наш общественный строй, оскверняет память павших в боях Великой Отечественной войны, намеренно представляет жизнь советских людей в искаженном виде…. Таким нет места на нашей земле… По теперешней вашей деятельности вы уже заслужили ту ужасную славу, при которой всегда, покуда будет история, имя ваше будет повторяться как образец грубости, жестокости и лжи…»

В.Колесов: Солженицын встал в ряд с такими выдающимися людьми России как Отрепьев, Распутин, Колчак, Троцкий, Хрущев, Горбачев, Ельцин и др.

С.Кондрашов, журналист: «Властитель дум, неподкупная совесть наша… Великий человек-объединитель… Единственный в своем роде великий соотечественник… Один только и остался… Один остался… Один, господи…»

Эдуард Лимонов: «Уже тогда он был тем, кто он есть сегодня, — расчетливым, хитрым литератором-интриганом с тяжелой формой мании величия… Отталкивающим типом выглядит старец даже в автобиографии. Умело играя на слабостях власти СССР и подыгрывая желаниям Запада, построил он свою карьеру опального писателя. Построил на разрушении. Его нисколько не заботило то обстоятельство, что публикация „Архипелага“ вызвала волну ненависти не только к КПСС, не только к брежневскому режиму, но к России и русским, вызвала вторую холодную войну в мире. Он не думал о последствиях публикации своих произведений, его цель была личной, воздвигнуть себя. Ему нужна была Нобелевская премия. И ему помогли получить „Нобеля“ американские дяди, далекие от литературы. В их интересах было создание самой большой рекламы вокруг „Архипелага“, этого лживого обвинительного заключения против России. Разрушитель Солженицын был поддержан: тиражи его посредственных романов (по их художественной ценности едва ли превосходящих романы Рыбакова) были искусственно завышены. В конце семидесятых годов американский издатель Роджерс Страусс рассказывал мне в Нью-Йорке, что в свое время ему предлагали выпустить „Архипелаг“ гигантским тиражом и давали на это большие деньги „люди, связанные с ЦРУ“. „Но я отказался!“ — гордо заявил Страусс. Другие издатели, как знаем, не отказались. „ГУЛАГ“ наводнил мир, пугая и ожесточая против России». Да, именно против России, против русских, а вовсе не только против коммунизма, и как могло быть иначе, если в Коммунистической партии состояли почти 20 миллионов человек, цвет нации, и вместе с членами семей это по меньшей мере уже 60 миллионов во всех сферах жизни, во всех слоях общества. Каким образом и кто мог отделить их от остального народа? Это мог сделать разве что только такой замшелый догматик и схоласт, как Кощей Бессмертный».

В.Максимов: «Подлинно гениальные „Матренин двор“ и „Архипелаг ГУЛаг“ мирно соседствуют у Солженицына с весьма скромным по литературным достоинствам „Августом Четырнадцатого“ и основательным, но без подлинного блеска и размаха „Раковым корпусом“ и „Лениным в Цюрихе“. Что же касается „Красного колеса“, то это не просто очередная неудача. Это неудача сокрушительная. Тут за что ни возьмись — все плохо. Историческая концепция выстроена задним умом. Герои — ходячие концепции. Любовные сцены — хоть святых выноси. Язык архаичен до анекдотичности. Такую словесную мешанину вряд ли в состоянии переварить даже самая всеядная читательская аудитория».

Сергей Михалков: «Солженицын с нашей земли снабжает Запад гнусными пасквилями, публикациями, клевещущими на нашу страну, наш народ. Он твердил заведомую ложь… Человек, переполненный яростной злобой, высокомерием и пренебрежением к соотечественникам».

Паустовский: «Меня пугает в Солженицыне одно, он — враг интеллигенции. Это чувствуется во всем».

Радзинский: «Гений!.. Пророк!.. Меч Божий!.. Читайте Солженицына!.. Читайте „Архипелаг“!»

В.Распутин: «Солженицын — избранник российского неба и российской земли. Его голос раздался для жаждущих правды как гром среди ясного неба… Великий изгнанник… Пророк… Солженицын победитель и одновременно побежденный. Победитель в борьбе с коммунизмом и побежденный вместе с втоптанной в грязь Россией. В том и другом он принял деятельное участие… Его война против коммунизма перешла в войну против национальной России».

В. Розов: «Очень мне нравились его ранние вещи… Но когда он стал политизироваться, я начал холоднее к нему относиться. А когда прочитал «Как нам обустроить Россию», я ахнул… Он первым призвал разрушить великую единую и неделимую Россию!»

Митрополит Крутицкий и Коломенский Серафим: «Солженицын печально известен своими действиями в поддержку кругов, враждебных нашей Родине, нашему народу».

К.Симонов: «Деятельность А.И. Солженицына приобрела неприкрыто антикоммунистический и антисоветский характер».

Г. Товстоногов: «Шумиха, поднятая на Западе вокруг антисоветской книги Солженицына „Архипелаг ГУЛаг“, призвана помешать благотворным переменам в мире… Книга играет на руку сторонникам „холодной войны».

М.Шолохов: «Поражает — если можно так сказать — какое-то болезненное бесстыдство автора… злость и остервенение… У меня одно время сложилось впечатление, что он — душевнобольной человек, страдающий манией величия… Если же Солженицын психически нормальный, то тогда он, по существу, открытый и злобный антисоветский человек. - О пьесе «Пир победителей» -: Все командиры, русские и украинцы, либо законченные подлецы, либо колеблющиеся и ни во что не верящие люди… Почему осмеяны русские („солдаты-попарята“) и солдаты-татары? Почему власовцы, изменники родины, на чьей совести тысячи убитых и замученных наших, прославляются как выразители чаяний русского народа?»


?

Log in